Экономический форум в Санкт-Петербурге увлекся инновациями за неимением лучшего
Главный результат Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ) в 2016 году — окончательное переключение интереса его участников на неадминистративные инновации. "Четвертую промышленную революцию" и революционные изобретения на ПМЭФ рассматривали как то единственное, что в состоянии решить проблемы экономики РФ.
Завершившийся в субботу, 18 июня, ПМЭФ был почти лишен эффектных и крупных новостей или содержательных дискуссий по текущей повестке. С одной стороны, интерес к бюджетной и макроэкономической ситуации, традиционно обсуждаемой в Санкт-Петербурге, вернется только в сентябре—октябре 2016 года, когда станут понятны основные параметры бюджета до 2019 года: за три следующих месяца слишком многое может измениться, чтобы обсуждать это сейчас. То же самое касается и приватизации: только решения по АЛРОСА и с меньшей вероятностью "Башнефти" можно ожидать летом 2016 года, вопрос о приватизации более крупных активов вряд ли будет решаться до октября. Были возможны дискуссии об административной реформе и реформе правительства. Однако президент Владимир Путин в своем выступлении 17 июня объявил о создании "проектного офиса" в Белом доме в традиционной для российской бюрократии форме — в виде президентского совета (см. "Ъ" от 18 июня). По данным "Ъ", это решение было неожиданно даже для ключевых министров экономического блока Белого дома. Совет будет создаваться в ближайшие месяцы в "летнем" режиме, поэтому обсуждали крупнейшую аппаратную новость Белого дома на ПМЭФ без большого интереса: к осени станут более понятны только контуры будущего подхода Белого дома к госпрограммам и их "проектной части". Наконец, тема "смягчения санкций" ЕС, которую, возможно, приезжал на ПМЭФ обсуждать глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер, заведомо не могла "выстрелить": если она и обсуждалась (пресс-служба президента, например, отрицает это), то в закрытом режиме и без результатов.
В целом "гуманитарная" повестка дня ПМЭФ впервые была едва ли не более насыщенной, чем "деловая" и "экономическая". Программа ПМЭФ в 2016 году была уже практически клоном программы январских сессий экономического форума в Давосе, а темы технологических и даже культурно-идеологических инноваций обсуждались в Санкт-Петербурге больше, чем гипотетические перестановки в правительстве или текущие позиции во властных структурах топ-менеджмента госкомпаний. Регуляторная тема на ПМЭФ обсуждалась мало. Одной из самых ярких ремарок на эту тему было, как ни странно, заявление Владимира Путина о том, что в "гараж", в тень технологические компании уходят вовсе не в поисках "низкой ключевой ставки" и не за госсубсидиями по кредитам, а от бюрократического давления.
На ПМЭФ-2015 тема инноваций еще воспринималась как дополнение к разговорам о реформах и регуляторной среде, на ПМЭФ-2016 инновации в основном представлялись альтернативой административным реформам. Немецкие компании на форуме представляли нацпрограмму "Индустрия 4.0" и сотрудничество с РФ в ее рамках, ряд панельных сессий был посвящен "четвертой промышленной революции". В целом от "новой экономики" делегаты ПМЭФ, преимущественно связанные с госбизнесом, ожидали в основном решения проблем, которые, по их мнению, вряд ли могут быть решены госаппаратом: интерес к сессии Сбербанка "Технологии — пропуск в завтра: изменись или умри" был даже больше, чем к традиционно используемому для острой критики существующего положения вещей членами правительства РФ деловому завтраку Сбербанка. Впрочем, поиск "волшебного средства" в инновациях происходил почти везде. Так, большой интерес вызвал круглый стол с участием первого вице-премьера Игоря Шувалова, посвященный такой необычной идее, как коллективные инвестиции в арендное жилье.
Довольно необычным для ПМЭФ была крайне умеренная представленность китайских компаний и развития внешней торговли под патронажем государства, ограниченное обсуждение тематик "институтов развития" и госкомпаний — больше говорилось о "человеческом", а порой даже о "культурном" капитале РФ, причем не в теории и не в бюджетном приложении, а на микроуровне. Напротив, один из самых заметных участников ПМЭФ, глава Центра стратегических разработок Алексей Кудрин (см. "Online" от 17 июня), в большей степени комментировал вопросы долгосрочной стратегии власти и даже общественной и политической идеологии, нежели тактику власти. Для ПМЭФ, обычно очень конкретного в темах и предметах дискуссии, это смотрелось как нечто новое, хотя и непонятно куда ведущее.
